Мероприятия по годам:  2021(11)  /  2018(1)  /  2017(3)  /  2016(5)   /  2015(3)   /  2014(5)   /  2013(3)   /  2012(3)   /  2011(1)   /  2010(5) 2009(1)

    Таможня будущего рождается сегодня

    4 февраля в рамках подготовки к VIII съезду Торгово-промышленной палаты России состоялась предсъездовская дискуссия Совета ТПП РФ по таможенной политике, посвященная обсуждению основных направлений совершенствования таможенного регулирования.

    Открывая заседание Совета ТПП РФ по таможенной политике, его модератор –председатель Совета Георгий Петров, советник Президента ТПП РФ, заместитель председателя Общественного совета при ФТС России сообщил, что предложения, выработанные в ходе сегодняшнего обсуждения, будут обязательно включены в резолюцию заседания и направлены руководству ТПП РФ для включения в итоговый документ съезда. В начале мероприятия к его участникам с приветственным словом обратился Владимир Падалко, вице-президент ТПП РФ, отметивший, что Торгово-промышленная палата с помощью экспертов и бизнеса ежегодно направляет в Минфин, правительство и Госдуму десятки инициатив и предложений по совершенствованию внешнеторгового регулирования, включая, разумеется, работу с таможней.

    Ключевым выступлением, вызвавшим большой интерес у участников заседания, стал доклад «Таможня будущего. Взгляд бизнеса» Галины Баландиной, заместителя председателя Совета, старшего научного сотрудника РАНХиГС, члена Общественного совета при ФТС России. Прежде всего она обозначила роль таможни: по ее словам, таможня – это производное от торговой политики, которая сегодня во всем мире является отнюдь не открытой, налицо элементы протекционизма и вмешательства государства в экономику. Тем не менее роль таможни в конкурентоспособности страны на мировом рынке по-прежнему высока. «В нынешнем году мы отмечаем 30-летие российской таможни, – напомнила докладчица. – За это время российская таможня прошла ошеломляющий путь: успехи, особенно в части информационных технологий, автоматизации процессов, развития личного кабинета, единых лицевых счетов и т.д. очевидны. Все это облегчает и сокращает издержки бизнеса и, безусловно, вселяет оптимизм. Тем более что к ключевым принципам Стратегии развития таможенной службы Российской Федерации до 2030 года, таким как клиентоориентированность, улучшение условий ведения предпринимательской деятельности и инвестиционной деятельности в России, добавились очень важные слова о содействии государства торговле, в том числе путем улучшения таможенного администрирования». Однако при этом, отметила Галина Баландина, объективно оценивая ситуацию, отчетливо видно, что все 30 лет существования российской таможни сохранялся крен в сторону фискальной функции – это следует из всех планов и программ, из приоритетов правительства, то есть основной показатель эффективности таможни по-прежнему – сколько собрано платежей в бюджет. «На мой взгляд, это значительно искажает менталитет сотрудников таможни при взаимодействии с бизнесом, – подчеркнула спикер, – формируя их отношение к экономическим операторам как к бесконечному источнику повышения собираемости таможенных платежей: то есть это не бизнес платит, а таможня собирает». Галина Баландина выразила надежду, что в будущем наряду с развитием информационных технологий, внедрением искусственного интеллекта и прочих очень правильных вещей изменится и это отношение. По ее мнению, содействие развитию торговли с точки зрения таможенного администрирования выражается в следующем. Во-первых, любые таможенные правила, влияющие на логистику, товарные потоки и ведущие к дополнительным затратам бизнеса, должны предварительно обсуждаться с предпринимательским сообществом и вводиться не ранее, чем оно будет к этому готовы. «Мы сожалеем, что многие правильные вещи внедряются стремительно, – сказала докладчица. – Вроде бы цель благая, но при грамотном внедрении многие издержки бизнеса можно было бы сократить или их избежать». Второй принцип – ясность и предсказуемость таможенных правил, что является ключевым условием профилактики любых правонарушений. «Поскольку у нас сегодня двойное право – Таможенный кодекс ЕАЭС и национальное законодательство, в связи с чем возникло огромное количество пробелов, нестыковок и т.д., мы видим, что часто таможенные органы сами решают, какое право – наднациональное или национальное – им применять в том или ином конкретном случае, – отметила Галина Баландина. – При этом если право было применено таможней неправильно, все негативные последствия несет бизнес: таможня может за три года взыскать таможенные платежи, привлечь к ответственности, хотя в таможенных операциях участвовали две стороны. На мой взгляд, недопустимо ретроспективное изменение таможенной практики: напомню хотя бы всем известную проблему изменения задним числом классификации товаров». Третье условие содействия торговле – стабильность таможенных правил. Так, институт предварительных решений дает бизнесу не просто возможность просчитать свои обязательства перед государством, но и стабильность. Четвертый аспект касается таможенных процедур с экономическим содержанием – таможня в большей степени должна расширять свои навыки, сближать методы таможенного контроля с налоговыми для решения задачи, поставленной Президентом России еще в 2015 году, а именно, для создания единого механизма администрирования налоговых и таможенных платежей. Пятый аспект – таможня (вполне справедливо, на основе международного права) наделена безграничными полномочиями, непосредственно влияющими на деятельность экономических операторов: таможня может все – остановить поставку, досмотреть товар, зайти на производственную площадку, в офис, изъять документы и т.д. Все это правильно, вопрос лишь в том, как добиться, чтобы этими правами не злоупотребляли. Кроме того, при проведении мер таможенного контроля приоритет должен отдаваться наименее затратным для бизнеса: например, досмотр товаров, проведение экспертиз и любые другие действия, связанные с задержкой выпуска, при наличии серьезных оснований должны применяться лишь в крайних случаях, когда другие инструменты контроля не срабатывают. Наконец, последний принцип – однократность представления сведений в электронном виде для всех видов госконтроля, тот самый механизм единого окна. «Вот ключевые элементы таможни будущего», – резюмировала Галина Баландина.

    Далее слово взяли представители региональных палат. Марина Фицак, вице-президент Калининградской ТПП, осветила проблемные аспекты правоприменительной практики таможенного администрирования в особой экономической зоне Калининградской области. Проблем оказалось довольно много. Одна из них – неразрешимая ситуация в отношении происхождения отходов: по мнению бизнеса, отходы являются полностью произведенными на территории области, то есть товарами Союза, а Минфин и ФТС Росси с марта 2018 года считают, что отходы, которые образуются на территории области, это иностранные товары. Отходов производится немного, поэтому организовывать специализированное предприятие по их переработке нецелесообразно, но при этом их нельзя ни вывезти на остальную территорию РФ (так как нужно уплатить пошлину и НДС, причем при этом получается двойное налогообложение), ни захоронить, ни даже экспортировать, так как сейчас принимается решение о заградительных пошлинах на экспорт отходов. Среди других нерешенных вопросов докладчица назвала невозможность осуществлять контейнерные перевозки и необоснованное возбуждение дел об административной ответственности при незначительных весовых расхождениях из-за позиции таможни. Также она обратила внимание на тот странный факт, что система управления рисками таможенных органов почему-то срабатывает при перемещении на остальную территорию РФ товаров, полностью произведенных в Калининградской области. Марина Фицак попросила ТПП РФ оказать помощь в разрешении всех этих проблем, учитывая особое положение Калининградской ОЭЗ. Сергей Гудовский, заместитель руководителя Центра развития предпринимательства Брянской ТПП, акцентировал внимание участников на региональных аспектах реформы таможенной системы, в результате которой с середины прошлого года все декларирование переведено в центры электронного декларирования. Он отметил, что на практике реформа стала непростым испытанием для участников ВЭД: с одной стороны, появились плюсы, в числе которых облегчение оформления несложных деклараций, с другой стороны, проблемы из-за отсутствия оперативной информации о грузах, оборвалась связь с таможней, так что стало невозможным позвонить на таможенный пост и оперативно выяснить, почему задержана конкретная партия товара. Также снизилась способность таможенных инспекторов принятия решений в нестандартных ситуациях. Часто запрашиваются документы, ранее уже представленные: по мнению спикера, это свидетельствует о том, что сотрудники ЦЭДов не справляются с нагрузкой и используют такие запросы для продления сроков выпуска товаров. А с 1 февраля многих участников ВЭД напугала диспетчеризация деклараций, то есть автоматическое распределение ДТ. «Таможенные инспекторы ЦЭДов оказались к ней не готовы, – утверждает Сергей Гудовский, – увеличилось количество досмотров, затруднилось оформление лицензионных товаров и т.д.». Все-таки система таможенного контроля должна быть не только эффективна для государства, но и удобна для бизнеса, считает спикер. В свою очередь Ирина Норина, представитель Санкт-Петербургской ТПП, эксперт Ассоциации импортеров плодоовощной продукции, рассказала о трудностях, которые возникают у участников ВЭД в морских пунктах пропуска при применении Портала «Морской порт». Кратко суть всех проблем сводится к тому, что участники ВЭД по-прежнему вынуждены подавать одни и те же сведения в пять разных адресов, много документов нужно представлять в бумажном виде, некоторые из которых приходится доставлять госорганам даже курьерами, то есть целостная система документооборота на основе единого окна так и не заработала.

    Затем Людмила Теселкина, генеральный директор ООО «Консалтинговое агентство «Just Logistics», представила краткий отчет о ситуации с процедурой переработки на таможенной территории. Она напомнила, что процедура очень мало применяется на практике. Основные причины этого сложность получения разрешения на переработку; повышенные требования к идентификации товаров; повышенные меры таможенного контроля при ввозе сырья, материалов и комплектующих и при вывозе продуктов переработки (каждая партия подвергается 100% таможенному досмотру и отбору проб и образцов, что означает условный выпуск и ожидание заключений экспертов); таможенные органы на местах ввиду ответственности за льготы и отсутствия опыта применения данной процедуры не заинтересованы в расширении круга работающих с ней предприятий. «Работа по решению этих проблем идет, – отметила спикер, – готовятся поправки в главу 24 ТК ЕАЭС, а пока мы разработали Методические рекомендации по применению документальной идентификации, проект которых сейчас проходит общественное обсуждение». Комментируя выступление докладчицы, Георгий Петров сообщил, что проект Методических рекомендаций будет направлен в ФТС России. «Мы ожидали, что Федеральная таможенная служба сама разработает такие рекомендации, но у них, видимо, ввиду занятости не доходят руки, поэтому мы надеемся, что руководство службы примет наш проект и Методические рекомендации будут разосланы таможенным органам на местах», – пояснил модератор. 

    Следующий докладчик – Александр Косов, руководитель практики таможенного права и внешнеторгового регулирования, партнер юридической компании «Пепеляев Групп», поделился информацией о том, как продвигается процесс либерализации административной ответственности за нетяжкие правонарушения в таможенном деле. Подробно он остановился на предложениях, поступающих от бизнеса. «Собственно проблемы все те же много лет, – сказал спикер, – мы предлагаем каждый раз другие варианты, и ФТС от нас уже устала, о чем сотрудники службы прямо говорят на площадке Минюста, где сейчас обсуждается проект нового Кодекса РФ об административных правонарушениях. Но мы считаем, что административная ответственность все-таки должна быть либерализована». Александр Косов перечислил наиболее болевые точки. Во-первых, большинство составов главы 16 действующего КоАП, которые переходят в новый кодекс, содержат такой вид наказания, как конфискация товаров. По мнению спикера, это наследство 1990 годов, когда найти импортера действительно не всегда было возможно и конфискация была порой единственным инструментом. «Сегодня ситуация другая, и мы считаем, что при современных технологиях, стабильной обстановке в экономике в целом (фирмы-однодневки остаются, но не в тех масштабах) конфискацию из составов главы по таможенным правонарушениям нужно исключить, – подчеркнул докладчик. – Такие предложения нами были сделаны еще в 2016 году, но из окончательного варианта поправок в КоАП непонятно как исчезли. Поэтому бизнес предлагает их в новый КоАП. ФТС не соглашается, а Минюст, к сожалению, в нашем споре с ФТС не хочет принимать участие. Видимо, надо поднимать этот вопрос на следующий уровень – довести до руководства страны. Мною сформулировано предложение об исключении конфискации как неадекватного наказания из неконтрабандных составов и еще из двух составов –  ст.16.19 и 16.20, где адекватным наказанием может быть только штраф». Во-вторых, условия освобождения от административной ответственности, предусмотренные в примечании в ст. 16.2, привели к тому, что воспользоваться этой нормой решаются очень немногие компании: по части 2 ст. 16.2 еще некоторые ее применяют (хотя таможенные органы часто отказывают в освобождении от административной ответственности), а по части 1 ст. 16.2 (недекларирование) эта норма не работает совсем. Помимо условий, прописанных в законе, этому мешает также своеобразное понимание данной нормы Федеральной таможенной службой: ФТС считает, что освобождение от ответственности возможно, только если товары были выпущены. А если компания не может доказать, что товары находились в конкретной товарной партии, по которой подавалась ДТ, то эта норма не работает. К сожалению, на стремление бизнеса ввести эти товары в оборот таможня дает такой ответ. К тому же если порядок внесения изменений в ДТ установлен и в случае недостоверного декларирования им можно воспользоваться, то в ситуации, когда товары не были задекларированы, существует правовой пробел: поскольку речь идет об излишках и пересортице, на такой товар у декларанта товаросопроводительных и транспортных документов нет и стандартная процедура декларирования использована быть не может. Бизнес предлагает в таких случаях применять упрощенный порядок декларирования для добросовестных приобретателей, установленный приказом ФТС России. Еще мешает применению данной нормы позиция ФТС, что обращение в таможню с добровольным признанием считать негативным фактором для категорирования данного участника ВЭД. Третья проблема касается порядка обжалования и судебного рассмотрения дел об АП: в проекте нового КоАП эти дела отдаются в ведение судов общей юрисдикции, что. по мнению бизнеса, неправильно. «Арбитражные суды понимают хозяйственные коммерческие процессы, а судьи судов общей юрисдикции редко имеют с такими спорами дело, для них это экзотика, – пояснил Александр Косов, – я уже не говорю о мировых судьях. Таможня на судебный процесс не приходит, и мы часто слышим от судей: ʺДавайте, я минимальный штраф назначу и разойдемсяʺ. Не приходится говорить, что таким путем не может быть обеспечена должная судебная защита компаниям. Мы довели свои опасения до Минюста и вроде бы нас услышали, но ФТС настаивает на судах общей юрисдикции».

    В заседании принимал участие Леонид Лозбенко, Председатель Общественного совета при ФТС России. В начале своего выступления он акцентировал внимание на том факте, что во всех четырех крупнейших бизнес-объединениях председателями комитетов по таможенным вопросам являются члены Общественного совета при Федеральной таможенной службе. «За прошедшие годы были рассмотрены сотни вопросов, касающиеся деятельности таможни, – отметил Леонид Лозбенко. – Затем они уходят на обсуждение ʺБольшой четверкиʺ, после чего наиболее критичные из них – на рассмотрение Общественного совета. Как отмечали коллеги, таможня находится на правильном пути решения многих проблем. Работа эта идет, но ведь ʺтанго танцуют вдвоемʺ. В качестве Председателя Общественного совета я постоянно наблюдаю, как осуществляется диалог таможни и бизнеса. Мы говорим об этом с руководителем ФТС и он настаивает на том, чтобы бизнес не просто обвинял таможню в том, что то или другое плохо. Это правильно, но есть и другая сторона: статистика правонарушений в таможенной сфере по итогам 2020 года, к сожалению, сохраняется на очень высоком уровне. За 11 месяцев таможенные органы возбудили 103,7 тысяч дел об АП, из них 22% по фактам недекларирования/недостоверного декларирования, 29% в связи с непредставлением или несвоевременным представлением документов, заведено более 2 тысяч уголовных дел, большая часть из которых по фактам сильнодействующих веществ, стратегически важных товаров и ресурсов, то есть ситуация не самая благоприятная». И Владимир Булавин неоднократно заявлял, что ответом на либерализацию таможенного администрирования, осуществляемую ФТС России, со стороны бизнеса должно быть встречное движение в виде присоединения к Хартии добросовестных участников ВЭД. «И я хотел бы использовать возможности Совета по таможенной политике ТПП РФ как одного из наиболее влиятельных советов в стране, чтобы еще раз об этом напомнить, – подчеркнул Леонид Лозбенко. – Чтобы вы донесли до своих коллег, партнеров, контрагентов понимание того, что это дорога с двусторонним движением, с тем чтобы количество организаций, ассоциаций, предпринимателей, присоединившихся к Хартии, увеличивалось. Сегодня у нас более 4 тысяч подписантов Хартии и почти 300 крупнейших ассоциаций, подписавших Декларацию о поддержке Хартии». Председатель Общественного совета отметил, что Федеральная таможенная служба выполнила все обещанное в Комплексной программе развития ФТС России до 2020 года, и уже началась работа над реализацией Стратегией развития таможенной службы Российской Федерации до 2030 года, в том числе над утвержденным Правительством РФ пошаговым Планом мероприятий на период 2021-2024 годов. «Мы будем и впредь внимательно следить за тем, что делает таможенная служба. Уверен, что нашими совместными усилиями мы выполним задачи, поставленные в новых программных документах», – резюмировал Леонид Лозбенко. В ходе дискуссии один из участников заседания посетовал на отсутствие информации от ФТС России о том, как продвигается процесс пересмотра Киотской конвенции, а эта информация есть только у таможенной службы, поскольку в соответствующую рабочую группу Всемирной таможенной организации входят лишь представители таможенных служб. Леонид Лозбенко в ответ пообещал обсудить с руководителем ФТС России возможный формат информирования бизнеса об этой работе.

    В заключение Георгий Петров проинформировал участников мероприятия об инициативе рабочей группы Государственного совета РФ по созданию института добросовестного экспортера, отметив как положительные, так и отрицательные стороны этой инициативы, и призвал всех участников направить в ТПП России свое мнение по данному вопросу.

    Хартия добросовестных участников ВЭД

    © 2021 Ассоциация
    «Некоммерческое партнерство Профессиональных
    таможенных операторов»